Влияние пространственной структуры сельской периферии на систему сельского расселения

Мищенко И.В.

УДК 332.14
ББК 65.042(253.3

В статье предлагается методика изучения взаимосвязи центропериферийного положения сельских территорий и системы сельского расселения. Апробация методики позволила оценить эффективность проводимой политики управления пространственным развитием в Алтайском крае. Доказана необходимость учета закономерностей пространственного развития при формировании программ устойчивого развития сельских территорий как на федеральном, так и на региональном уровнях.

Ключевые слова: пространственное развитиесельские территориисистема сельского расселенияструктура.

Ослабление централизма и государственного протекционизма под влиянием рыночных реформ, стихийная структурная перестройка, значительные институциональные подвижки привели к изменению как межрегиональных, так и внутрирегиональных пропорций. Однако если проблемы межрегиональной асимметрии достаточно широко рассмотрены в научной литературе, то проблемам внутри­регионального неравенства уделяется недостаточно внимания, хотя они остаются крайне актуальными. Это проявляется не только в различных уровнях развития города и села, но в крайней неравномерности развития сельских территорий.

Более того, разработка новых методологических подходов к стратегии пространственного развития региона в изменившихся условиях является одной из главных задач региональных исследовании в настоящее время. Это обусловлено тем, что большая часть муниципальных образований объективно эко­номически несамостоятельна (в первую очередь сельские территории) и должны быть созданы новые формы, методы и механизмы участия региональных и муници­пальных органов власти в управлении территорией. Важность этой проблемы возросла именно в последние годы, когда был принят новый закон о местном самоуправлении и существенно изменился механизм управления пространственным развитием региона.

Вопросы развития сельских территорий традиционно находятся в центре внимания представителей различных наук – региональной экономики, экономической и социальной географии, социологии города и деревни, специалистов по проблемам расселения и др. Проблемами территориальной дифференциации, оценкой региональной асимметрии занимались многие отечественные ученые, среди которых можно назвать А.Н. Буфетову, Н.В. Зубаревич, И.Н. Кузнецову, Б.Л. Лавровского, И.Н. Меренкову, Р.М. Нижег­ородцева, А.В. Петрикова, А.А. Победина, А.И. Трейвиша, И.Д. Тургель, С.А. Суспицына и др.

Особо следует отметить большую группу ученых, занимающихся комплексными проблемами развития села и сельского расселения, в числе которых А.А. Афиногенова, Е.Е. Горяченко, Г.В. Иоффе, З.И. Калугина, Т.Г. Нефедова, Л.В. Родионова, А.М. Сергиенко, А.П. Фукс и др.

Вместе с тем, единичные работы посвящены поиску и оценке существенных факторов, которые определяют устойчивость развития территориальной системы в целом и ее экономики в частности. Отметим, что неоднородность процесса пространственного развития территориальной социально-экономической системы обусловлена влиянием целой совокупности факторов, ряд из которых имеет внеэкономическую природу. Среди последних особое место занимает близость территориальной системы к центру (ядру) регионального развития. Поэтому данная статья посвящена оценке влияния центропериферийного положения сельских территорий Алтайского края на систему сельского расселения. Под сельскими территориями понимаются муниципальные районы Алтайского края.

Методика изучения взаимосвязи центропериферийного положения сельских территорий Алтайского края и системы сельского расселения представляет собой трехшаговую процедуру. На первом шаге дается общее представление о пространственной структуре села региона (или региональной сельской периферии) и выстраивается типология сельских территорий по центропериферийному положению в региональном пространстве. На втором шаге дается краткая характеристика плотности сельского населения. На третьем шаге, в целях выявления взаимосвязи рассматриваемых явлений, производится пере­сечение двух типологий и дается статистическая оценка полученных результатов. Рассмотрим эти шаги подробнее.

Представление о пространственной структуре сельской периферии и типология сельских территорий по центропериферийному положению в региональном пространстве. В основу представления о пространственной структуре сельской периферии положено представление Джона Фридмана о «центропериферийной» модели пространства. Согласно ему, пространство любого уровня состоит из центра (ядра) и окружающей его периферии [8, с. 41]. Так, в качестве центров регионального развития рассматриваются города, как правило, с населением более 100 тыс. чел. Что касается периферии, то она неоднородна и подразделяется на городскую и сельскую (рис.1).

 

Рисунок 1. Структура внутрирегионального пространства

 

Отличие сформированного нами  представления о структуре внутрирегионального пространства состоит в ряде моментов. Во-первых, основываясь на трудах академика А.И. Татаркина, А.Н. Пилясова и И. Валлерстейна, наряду с традиционными элементами территориальной структуры пространства – ближней и дальней периферией, были выделены срединные районы или средняя периферия.

Средняя периферия представляет собой один из трех основных элементов территориальной структуры сельской периферии, занимающий промежуточное положение между ближней и дальней периферией [1, с. 47]. В результате чего пространственная структура сельской периферии рассматривается как трехзвенная (табл. 1).

Во-вторых, выделение центропериферийных типов сельских территорий произведено исходя из силы влияния города. При этом учитывается влияние не только крупных городов, но и малых.

В-третьих, перед нами стояла задача получить максимально однородные группы, поэтому внутри групп ближней и средней периферии в зависимости от силы влияния близлежащего города были выделены подтипы. Так, например, районы ближней периферии I порядка испытывают на себе прямое влияние крупнейших, крупных и больших городов, районы II порядка входят в зону влияния данных городов. По имеющимся в географической литературе сведениям, зона влияния города определяется следующими радиусами : для города с населением более 1 млн. чел. – 70-80 км;  250 тыс. – 1 млн. чел. – 50-60 км.; 100-250 тыс. чел. – 30-40 км.; менее 100 тыс. чел. – 20-25 км [2, c. 150]. Районы III порядка испытывают на себе влияние малого города.

 

Влияние пространственного развития села на систему сельского расселения региона. Прежде чем дать оценку влияния цетропериферийного положения на систему сельского расселения, охарактеризуем общие тенденции демографического развития сельских территорий Алтайского края.

Доминирующей тенденцией, характеризующей состояние демографической сферы региона, является значительное сокращение его численности. На 1 января 2011 г. численность постоянного населения Алтайского края составила 2419,4 тыс. чел, в том числе сельского – 1096,2 тыс. чел. (45,3% против 46,9% в 2002 г.). По общей численности населения край занимает пятое место в Сибирском Федеральном округе; по численности сельского населения – первое место в Сибирском федеральном округе и шестое – в Российской Федерации [7].

По данным переписи 2010 г. (по сравнению с предыдущей переписью) численность населения уменьшилась на 188 тыс. чел., в том числе в сельской местности – на 124,4 тыс. чел. Сокращение численности населения края сказалось на численности населения сельских районов.

Как отмечает А.А. Еремин, результатом этого стало снижение в 2009 г. по сравнению с 2002 г. средней людности района с 21,8 до 19,7; максимального значения людности района – с 51,9 до 50,1 и минимального – с 7,3 до 5,5 тыс. чел. Соответственно уменьшилось с 23 до 15 единиц число крупных районов (с численностью населения 20,1–30 тыс. чел.) и с 13 до 22 единиц увеличилось число мелких районов людностью менее 15 тыс. чел. Лишь в трех районах (Бийском, Павловском и Третьяковском) зафикси­ровано увеличение насе­ления. Все остальные сельские районы теряли население большими или меньшими темпами [3, с. 127].

 

Таблица 1 - Структура внутрирегионального пространства сельской периферии

Ближняя периферия
Средняя периферия
Дальняя периферия
I порядка
II порядка
III порядка
I порядка
II порядка

Сельские территории, входящие в состав агломераций

 

Сельские территории, центром которых являются большие и крупные города

Сельские территории, расположенные в зоне активного влияния крупного либо большого города

 

Сельские террито-рии,  центром которых является малый или средний город

Сельские территории, находящиеся вне зоны активного влияния города и соседствую-щие с сельскими территориями I порядка

Сельские территории, находящиеся вне зоны активного влияния города и  соседствую-щие с сельскими территориями II порядка

Сельские территории, удаленные от городов региона

 

Таблица 2 - Динамика показателей естественного движения населения  в сельской местности  Алтайского края в 1995 – 2010 гг.

Показатель
1990
1995
2000
2005
2010

Число родившихся

15,1
12,1
12,5
12,4
14,9

Число умерших

13,2
19,1
19,0
20,7
19,3

Естественный прирост (убыль)

1,9
-7,0
-6,5
-8,3
-4,4

Источник: данные Территориального органа федеральной службы государственной статистики по Алтайскому краю

 

Как отмечалось ранее, изменение численности населения происходит под влиянием двух факторов – его механического и естественного движения. Как известно, эти процессы характеризуются достаточно частой сменой трендов, в связи с чем для понимания объективной картины протекания демографических процессов целесообразно проанализировать их на протяжении длительного хронологического периода. С учетом этого, рассмотрим изменение показателей механического и естественного движения сельского населения Алтайского края за последние 20 лет (табл. 2).

Из таблицы 2 следует, что в  анализируемом периоде времени проявились две тенденции:

–       заметное сокращение естественного при­роста населения по сравнению с 1990 г. как за счет снижения числа родившихся, так и роста числа умерших;

–       улучшение ситуации в части естественного движения населения к настоящему времени, проявляющееся в росте числа родившихся и уменьшении числа умерших.

Что же касается миграции, то, по оценке Л.В. Родионовой и А.Я. Троцковского, ее характе­рными чертами в рассматриваемый период  были динамизм, многообразие, асимметрич­ность, проявля­ющиеся в неустойчи­вой структуре миграционных связей региона, частой смене трендов в территориальных перемещениях населения, существенной асимметрии встречных миграционных потоков, появлении новых форм и на­правлений миграции, изменении ее механизмов, фор­мировании специфических моделей миграционного поведения населения. Кардинальной трансформации под­верглись миграционные процессы как в городских поселениях, так и в сельской местности.

Миграционный прирост населения увеличивался в течение первых пяти лет исследуемого периода и являлся основным источником сохранения и уве­личения демографического потенциала края. Однако в 1995 г. ситуация изменилась – положительное сальдо миграции по сравнению с предшествующим годом сократилось почти в три раза, приток мигрантов в Алтайский край впервые с 1992 г. не компенсиро­вал естественную убыль населения. В дальнейшем миграционный прирост населения в крае продолжал неуклонно сокращаться, а в 2001 г. он сменился на миграционную убыль, среднегодовое значение ко­торой в последнее десятилетие составило 5,2 тыс. чел [4, с. 301].

Отметим, что основные тенденции мигра­ционных процессов, как в городской, так и сельской местности Алтайского края в целом аналогичны. Различия между ними проявились главным образом в несовпадении охарактеризованных выше тенденций во времени. Так, сельской местности края в отличие от городской уже в 1990 г. была присуща потеря населения в результате миграции. Если в 2000 г. в городской местности еще сохранялся миграционный прирост, то в сельской – имела место убыль населения (табл. 3). Аналогичная ситуация сложилась и в 2010 г., что свидетельствует о более низкой миграционной привлекательности Алтайско­го села в целом по сравнению с городом.

Дифференциация административно-террито­риальных единиц края по приросту (убыли) населения, обусловленная центропериферийными тенденциями во внутрикраевой миграции населения, предопределила динамику одного из основных показателей системы расселения – плотности населения. За период с 2002 по 2010 г. плотность населения в целом по краю снизилась с 15,5 до 14,4 человек на 1 кв.км.

Для характеристики сельских районов с различным центропериферийным положением по плотности населения проведем пересечение двух типологий: по центропериферийному положению и плотности населения. Для характеристики плотности населения использовалась шкала из пяти градаций (табл. 4).  Две первые градации объединяют районы с плотностью населения от 10 до 20 чел. на кв. км, что выше как среднекраевого, так и среднероссийского уровня. К третьей градации отнесены районы с плотностью на уровне среднекраевой, а к четвертой – ниже среднекраевой. Пятая градация характеризуется плотностью населения существенно меньше среднекраевой (примерно в 2 раза). На 1 января 2011 г. Алтайский край включал в себя 60 муниципальных районов [6].

Как видно из таблицы 4, 23% районов ближней периферии характеризуются высокой плотностью населения либо плотностью выше среднекраевой. Прежде всего, это касается районов ближней периферии I и II порядков.  Аналогичные показатели срединных районов и районов дальней периферии равны 17 и 11% соответственно. Напротив, доля районов ближней периферии с низкой плотностью ниже средней составляет по рассматриваемым типам 40,61 и 67%.

 

Таблица 3 - Динамика показателей миграции населения в сельской местности Алтайского края в 1990–2010 гг.

Показатель
1990
1995
2000
2005
2010

Прибывшие

46,5
56,7
39,3
27,8
22,1

Выбывшие

49,3
55,3
40,5
31,5
29,6

Миграционный прирост

-2,8
1,4
-1,2
-3,7
-7,5

Источник: данные Территориального органа федеральной службы государственной статистики по Алтайскому краю


Таблица 4 - Характеристика сельских районов Алтайского края с различным центропериферийным положением по плотности сельского населения

 

Плотность
Центропериферийное положение районов
Ближняя периферия
Средняя периферия
Дальняя периферия
I порядка
II порядка
III порядка
I порядка
II порядка
Высокая

Бийский

Павловский

 

 

 

 

 

Выше средней

Перво-майский

Смоленский, Зональный

 

Советский, Косихинский, Поспелихинский

 

Кулундинский, Мамонтовский, Немецкий

 

Средняя

Рубцовский

Тальменский, Калманский

Локтевский

 

Ребрихинский,

Петропавловский, Алтайский, Топчихинский

Завьяловский, Родинский, Третьяковский, Тюменский, Усть-Калманский, Шипуновский

 

Ниже средней

 

Егорьевский

Алейский, Каменский, Славгородский

Целинный,

Красногорский, Троицкий, Залесовский,

Шелаболихинский,  Волчихинский, Быстроистокский, Новичихинский

Ключевский, Краснощековский,  Крутихинский, Кытмановский,  Михайловский, Панкрушихинский, Романовский, Суетский, Табунский, Хабарский

 

Низкая

 

 

Заринский, Змеиногорский

Солтонский, Угловский

Солонешенский

Баевский, Бурлинский, Ельцовский, Курьинский, Тогульский, Благовещенский, Усть-Пристанский, Чарышский

 

Для более точного определения наличия взаимосвязи между двумя рассматриваемыми переменными проведем статистическую оценку с помощью критерия «Хи-квадрат».

Результаты расчетов показали, что при заданном 10% уровне значимости наблюдаемое значение статистики хи-квадрат равно 29,81, критичное – 22,3. В силу того, что критичное значение меньше наблюдаемого, подтверждается гипотеза о зависимости рассматриваемых переменных. Таким образом, с вероятностью 90% можно утверждать, что между плотностью сельского населения и центропериферийным положением района су­ществует статистическая зависимость.

Косвенным ее отражением является показатель численности населения среднего района в разрезе анализируемых типов сельских территорий (табл. 5).

Каким образом можно интерпретировать полученные результаты? Прежде всего, заметим, что центропериферийное положение района является одним из ключевых факторов, детерминирующих систему сельского расселения в регионе.

С нашей точки зрения,  формирование программ устойчивого развития сельских территорий как на федеральном, так и на региональном уровнях в недостаточной мере опирается на закономерности пространственного развития и, в частности, системы расселения. Между тем опыт управления пространственной организацией страны зачастую свидетельствует о затратной и малорезультативной государственной политике: не удалось ограничить рост крупных городов, укрупнить села за счет сселения жителей мелких сел, ликвидировать «неперспективные» поселения и т.п.

По-видимому, проблема управления прос­транственным развитием страны имеет глубокие корни. Суть ее – в необходимости пересмотра сложившихся представлений о расселении как инертной и управляемой системе пространственной организации страны. Современной наукой выявлены тенденции «самопроизводства поляризации насе­ления, самоорганизации его планировочной структу­ры и заселенности территорий, саморегулирования состава типов поселений».

 

Таблица 5 - Дифференциация основных показателей социально-экономического развития сельских районов Алтайского края с различным центропериферийным положением, значения в расчете на один район группы, 2010 г.

Показатели
В среднем по краю
Центропериферийное положение районов
ближняя периферия
средняя периферия
дальняя периферия
I порядка
II порядка
III порядка
I порядка
II порядка

Плотность населения, чел.

18487
36202
26489
18210
17091
16641
15882

Объем ввода жилья, кв. м.

3056,7
12129,7
4921,2
2310,8
2477,8
2384,8
2217,1

Объем отгруженной промышленной продукции, млн руб.

322,0
411,0
666,8
125,1
345,2
185,1
317,1

Инвестиции, млн руб.

282,6
759,0
364,3
370,6
191,1
279,8
223,4

Валовая сельскохозяйственная продукция, млн руб.

1354,1
2212,2
2136,1
1302,9
1171,8
1282,9
1180,8

 

Признание объективности саморазвития рас­селения предопределяет необходимость адаптивного управления пространственным развитием социально-территориальных систем (по терминологии Л.П. Фукса), осуществляемого с учетом внутренних закономерностей его эволюции и понимания ограниченных возможностей предвидения пос­ледствий управления [5, с. 6].

Жизнеспособность типов поселений, выделен­ных по разным основаниям (людности, типу хозяйства, административному статусу, уровню социальной обустроенности и др.), различна и зависит от пространственной организации их сети: величины ареала распространения, густоты поселений, тесноты связи между ними и др.

Как правило, для большинства поселений характерны плавные перемены в сочетании со скачкообразными сдвигами в отдельных поселениях.  Резкие изменения и предсказуемые последствия более вероятны в районах с малой, разреженной массой расселения; напротив, в условиях большой плотной массы и сложной структуры расселения интенсивность изменений намного ниже, а вероятность непредска­зуемых последствий невелика.

Особенность нынешнего этапа развития сельской периферии края заключается в том, что широкое освоение ее пространства в предыдущие годы сменилось глубокой структуризацией рас­селения и сжатием заселенного ранее пространства. Процесс сжатия заселенного пространства, объектив­ный по своей природе, будет продолжаться и далее. В особенной мере он коснется территорий с редкозаселенной структурой расселения, очаговым расселением и зон рискованного расселения вдоль границ с безлюдными территориями. С учетом вышесказанного установка на достижение устойчивого развития всех сельских поселений края является иллюзорной и дает ошибочные ориентиры для территориального планирования.

Литература

  1. Мищенко В.В., Мищенко И.В. Развитие внутрирегионального сельского пространства: методический аспект // Вопросы государственного и муниципального управления. 2011. № 4. С.43-50.
  2. Быстрова Н.П., Кранц Л.А. Зона активного взаимодействия города и села // Проблемы формирования и развития региональных социально–экономических систем «город–село» в республиках и областях Нечерноземной  зоны РСФСР. Саранск, 1981. С.149-153.
  3. Еремин А.А. Население Алтайского края на современном этапе: динамика и территориальная дифференциация численности // Известия Алтайского государственного университета.  2010. № 3/2. С. 125-132.
  4. Родионова Л.В., Троцковский А.Я. Региональный рынок труда: проблемы форми­рования, прогнозирования и регулирования  // Известия Алтайского государственного универси­тета. 2011. № 2-1. С.298-305.
  5. Фукс Л.П. Региональное расселение как система: самоорганизация и принципы управления (исследовательская модель расселения на Юге Западной Сибири): автореф. дис.  …д-ра. геогр. наук: 25.0024. СПб., 2007. 32 с.
  6. Территориальный орган федеральной служ­бы государственной статистики по Алтайскому краю [электронный ресурс] //  Режим доступа: URL: http://ak.gks.ru/default.aspx (дата обращения 12.06.2012)
  7. Федеральная служба государственной статистики. Регионы России. Социально-эконо­мические показатели – 2010 г. [электронный ресурс] // Режим доступа: URL: http://www.gks.ru/­bgd/regl/b10_14p/Main.htm. (дата обращения 12.06.2012)
  8. Friedmann, J. Regional development policy: a  case study of Venezuela. Cambridge, 1966. 173 p.

Bibliography

1. Mishchenko V.V., Mishchenko  I.V.  The development of intra-rural space: methodical aspect // Problems of Public Administration. 2011. № 4. P.43-50.

2. Bystrov N.P., Krantz L.A. The zone of active interaction between urban and rural areas // Problems of  regional socio-economic systems "urban-rural" formation and development in the republics and regions of the RSFSR Non-Chernozem zone. Saransk, 1981. P.149-153.

3.  Eremin,  A.A. The population of the Altai Territory  at the present stage: dynamics and spatial differentiation of population // News of Altai State University. 2010. № 3/2. P. 125-132.

4. Rodionova,  L. V.,  Trotskovsky,  A.J. Regional labor market: problems of formation, forecasting and control // News of Altai State University. 2011. № 2-1. P.298-305.

5. Fuks,  L.P. Regional settlement as a system: self-organization and management principles (research model of settlement in the south of Western Siberia): Abstract. thesis. ... Dr. Geography. Science: 25.0024. St. Petersburg., 2007. 32 p.

6. The territorial authority of the Federal State Statistics Service of the Altai Territory [electronic resource] // Access mode: URL: http://ak.gks.ru/default.aspx. (date of access 12.06.2012)

7. Federal State Statistics Service. Regions of Russia. Socio-economic indicators - 2010 [electronic resource] // Access mode: URL: http://www.gks.ru/bgd/regl/b10_14p/Main.htm. (date of access 12.06.2012)

8. Friedmann J. Regional development policy: a case study of Venezuela. Cambridge, 1966. 173 p.

Mischenko I.V.

The influence of space structure of rural periphery on the system of rural displacement

In article shows the researching technique of correlation between rural areas center-periphery position and the rural settlement system. Approbation of the technique allowed to estimate the efficiency of spatial development policy in Altai Territory. The necessity of accounting spatial development regularities in the formation of the rural sustainable development programs both at federal and regional levels is proved.

Key words: territorial developmentrural areasrural settlement systemstructure.
  • Современные тенденции и проблемы развития муниципальной экономики


Яндекс.Метрика